— Мы разве встречались?

Но женщина явно была не в настроении отзываться на его юмор. Выпустив еще одну обойму ругательств, она отступила и лягнула его. Когда Джейсон вздрогнул и потянулся потереть ушибленную голень, она высвободилась и снова набросилась на него. Очевидно, она не была знакома с правилами борьбы маркиза Квинсбери, которые знал Джейсон. Она успела еще раз-другой стукнуть его, прежде чем он обхватил ее руками сзади и держал так, чтобы она не могла шевельнуться: при этом его кровь бешено пульсировала.

Ошеломленный бармен, вероятно, не видавший такого с незапамятных времен, спросил с явным испугом:

— Вызвать полицию, мистер Халлоран? Джейсон почувствовал, как женщина в его руках напряглась.

— Вряд ли это необходимо, — сказал он, а потом добавил чуть тише, чтобы услышала только она:

— не так ли?

Ее плечи обмякли, она признала свое поражение.

— Да.

Но Джейсон уже не верил в ее смирение.

— Если я вас отпущу, вы согласитесь спокойно пойти со мной и объяснить, что происходит?

Она промолчала, и Джейсон усмехнулся. — Итак, вы не можете врать. Уже хорошо. Какая-то основа для доверия. Ее глаза сверкнули.

— Я бы не поверила вам, будь вы даже последним мужчиной на Земле.

— Интересно почему? Как я ни стараюсь, не могу вспомнить ни единого случая, когда бы обманул вас.

— Вы хуже чем лжец. Вы подонок. Вы дьявол! С каждым обвинением ее голос повышался на тон, отчего толпа зрителей быстро росла. Ее слова разили сильнее, чем мелькающие кулачки. Халлоранов редко унижали на людях. Джейсон мог себе представить, с какой радостью и быстротой разнесутся сплетни про эту схватку. Возможно, что-то появится уже в завтрашних воскресных газетах. Слабое возбуждение и оживление, которые он было почувствовал, исчезли. Их место заполнил возрастающий гнев. Какого черта надо этой женщине? С какой стати она называет его подонком, с возмущением размышлял он.